ЯБЛОКО ПОД ПАРУСОМ
Я очень люблю поздние поэтические книги. Стихи, которые долго писались «в стол», успевают отлежаться, настояться, набрать силы, как доброе старое вино. Авторы подобных книг обычно люди негромкие, задумчивые, сомневающиеся: пора? не пора? И вечно у них находятся дела поважнее: переводить, например, английских поэтов или редактировать детский литературный журнал…
Такую вот книгу составила и издала – наконец-то! – Дина Крупская. Книга собиралась и выстраивалась долго, тщательно: так строится дом – или, может быть, корабль. Даже скорее – корабль, ведь в стихах у Дины морская и речная стихия чувствуют себя как дома:
…Домá терпеливо качались на рейде, мигая
Огнями кают, и скрипели невидимой снастью…
…Там царство сосен, смоляная качка.
Там по утрам невидимая прачка
полощет воздух в слюдяном ключе…
И даже так:
…Если дом наш сорвётся с причала,
Ты спокойно доешь огурец,
А потом перепишешь начало
И придумаешь новый конец.
У кораблика Дины Крупской есть всё, что нужно для счастливого плавания: искусная манёвренность и добротная остойчивость, и летучие паруса («Если дороги ветров приводили бы к Риму, / мы бы носили крылатки в любую погоду»), и надёжный якорь иронии:
Надоело стоять табуретке на кухне в углу,
И шагнула с усилием – раз, и другой, – и пошла.
В рюкзачок побросала две пары калош, и пилу,
И кусочек фольги. (Боже правый, на что ей пила?)…
А ещё на борту имеется отличный капитанский бинокль – для пристального, удивлённого любования миром:
…Козявки попрятали лица
под медленной, сильной травой.
И ближе нельзя наклониться:
нарушишь расклад мировой.
…Нестерпимым прошило током
Сердце каменное земли.
По сухим ещё водостокам
Две синицы гулять пошли.
…Кочует облако вальяжное,
Под ним его кочует тень.
Как у Тебя всё верно, слажено!
С какой любовью сделан день!
Любовью просвечен и пропитан весь воздух книги, и говорит о ней автор исключительно своими словами, отчетливо своим, неповторимым голосом.
Обойди меня, обходчик путевой!
Видишь: рельсы заросли густой травой,
И кузнечики по шпалам – скок-поскок.
Обойди меня не вдоль, так поперёк…
…И неба над тобой земное притяженье,
а подо мной земли медлительный полёт.
…Я выбираю этот дом
И лай собаки вдалеке,
И час, когда беспечным сном
Морщинки спят в твоей руке.
А эта оглядка на детство – просто квинтэссенция любви и боли:
…Мне косы бабушка плетёт –
Так туго, что сама же плачет.
Наконец – и это самое главное – в трюме поэтического корабля Дины Крупской сложены изрядные запасы радости: вещества, по нынешним временам, редкого и драгоценного. Радость едет по эскалатору в обличье незнакомого мальчишки, «крылом под курткой шевеля», радость сбегает ручейками «к приветливой дачной реке», струится дождём, свободно перетекает из стихов в переводы, взрослые и детские (как они уместны здесь!) и обратно:
…Топот ливня, ветер встречный,
по долинам шум земной…
Ламти-Дамти огуречный!
Ламти-Дамти проливной!
И даже когда рассказывается – несколькими штрихами набрасывается – трагическая история двух пьянчужек, лично я испытываю радость почти физическую, до мурашек по коже, от единственно возможного порядка слов, от прицельной точности концовки:
…Когда бы жизнь не жала, как ботинки,
Не кончилась, как пачка сигарет.
Да и само название книги, «Яблоко в кармане», – не есть ли символ спрятанной, затаённой радости, праздник ожидания праздника?
Предисловие – всегда приглашение в книжку, приоткрытая дверь, перекинутый трап. Давайте же поднимемся на борт. С радостью в душе и с яблоком в кармане.
Марина Бородицкая